Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Ты уверен?

Брать комплектом!

Было так (в порядке ознакомления):
- аудиокнига "Кокаиновые короли" переведенная и начитанная Дмитрием Юрьевичем Пучковым;
- сериал "Барыги";
- подкаст "Брендятина".
Мешайте в любом порядке, коктель отменный.

Не реклама, а просто рекомендации.
Роберт Леки

Клубы мужества

Зато мужество стало обычным делом.
Оно создало некий клуб, корпорацию, как это бывает с другими вполне обыденными вещами, которым люди по разным причинам придают большое значение, я имею в виду деньги, благотворительность и тому подобное. Именно на обыденном исключительное отдыхает. Когда на наши грязные окопы падали бомбы или снаряды с японских кораблей, они становились клубами мужества. Следовало соблюдать определенный протокол, и казалось вполне естественным, что бедолага, поддавшийся мгновенной панике, вызывал смущенное молчание или деликатное покашливание. Все начинали смотреть в другую сторону, как миллионеры, шокированные видом своего собрата, одалживающего у официанта пять долларов.
Но милосердия в наших клубах, я думаю, все же было больше. Мы же не важничали и не кичились своей исключительностью. Все ходили под Богом. Сегодня ты, а завтра я.

Роберт Леки
"Каска вместо подушки"
1999-й

Трудно быть богом?

РИА Новости
По факту ДТП с участием Эдварда Радзинского возбуждено дело

По факту ДТП с участием Эдварда Радзинского возбуждено дело

12:56
11/07/2011
При столкновении Volvo, за рулем которого находился 74-летний Радзинский, и Nissan пассажирка Nissan 24-летняя Мария Полякова погибла. ДТП произошло на малом московском кольце на четвертом километре дороги "Анохино-Павловская слобода" посередине дороги, то есть оба автомобиля выехали частично на "встречку". >>

1999-й

"Достойный" француз, ну, примерно, как Саркози.

Многие наши сограждане, особенно либерального толка, жили и живут по принципу - увидеть Париж и умереть. Ну не знаю, я не либерал, в Париж не стремлюсь, хотя и любопытно было бы. Во Франции был, посетил городок Перпеньян и замок Вилла де Франс. Поскольку особо с ними не общался, за французов в реале ничего не скажу, но вот к Франции предъявы есть. Особенно по Второй Мировой. Предъявы тут и тут. Нашел еще одну. О ней позже. 
Сейчас "доблестная" Франция "доблестно" начала бобить Ливию. Я не знаю, есть ли такой термин, как комплекс неполноценности страны, но такое впечатление, что у Франции он есть. Именно комплекс. Вот Германия, вроде как, имея чувство вины по жизни, берет, и отказывается от участия в операции в Ливии, а вот засранная во ВМВ Франция, разъебаная униженная маленькими вьетнамцами, посланная на хуй бездарно потерявшая свои коллонии в Африке, имея похотливого недорослика на каблуках, не отказывается, а возглавляет по полной. Что это? Получив люлей в 1939-40, потом обосравшись вместе с "союзничками" в Африке в 41-42, а потом и 50-х потерявшая Тунис, Алжир, Чад, Франция берет, вернее, пытается взять, реванш?Вместе с Италией!? Которая осерилась там по полной? Точно, у них комплекс непоноценности! И у Франции, и у Италии. Политические и исторические импотенты маструбируют на фоне своей неполноценности. Ладно, исторические параллели это хорошо, но не всегда корректно. Ну обосрались оконфузились, так оконфузились, с кем не бывает, но заявлять себя лидерами в войне (!) это, по моему, перебор. Особенно для тех стран, у которых рыло в пуху, по самые яйца.
Ладно, я чего-то разошелся.
Читая разное, наткнулся на такое. В книге "Асы союзников" товарища Майка Спика встретился с таким фактом.


Классический пример представлял собой Пьер Ле-Глон, который, летая на самолете Девуатин D.520, летом 1940 года приписал себе три сбитых итальянских бомбардировщика BR.20 и четыре истребителя CR.42. Посыле перевода в Сирию он добавил в свою копилку еще семь побед над английскими летчиками, сражаясь на стороне режима Виши. Возвратившись в 1942 году в Алжир, он воевал против английских и американских ВВС. Ле-Глон погиб в следующем году, пилотируя истребитель «Аэрокобра». И это не единственный пример, когда один и тот же пилот воевал и за своих, и за чужих.

Что интересно, в книге данная информация есть в предисловии, а вот в электрнонной версии этого предисловия нет.
"Забавный" персонаж, правда? Самое нитересное, почему "классический пример"?
Вот вам его мордашка, найденная на просторах сети.


Достойный пример продажности, которому и следует Саркози, етить его в качель. Каддафи уже дал ему люлей, ждем отставки, но, увы не дождемся.
НКВД

Значок - дурачок, хорошая рифма ))))

Кто здесь?

Жесть.


— Да он, видно, не понимает, что произошло, — говорит хирург и весело смеется. — Мы сегодня вместе вот с этим милейшим человеком, — он показал на кого-то стоявшего сзади, — операцию тебе сделали. Да еще какую! Совершенно уникальную! Осколком снаряда или мины твои часы были вбиты тебе в живот. Там они рассыпались вдребезги. И вот мы с часовых дел мастером собирали все детали. Он подсказывал, каких не хватает, а я их искал и извлекал. Все винтики и шурупчики, какие в часах были, все выволокли! Так что благодари его, хорошего мастера. Ну а теперь отдыхай! Спи побольше.

Читать
1999-й

Бесславные ублюдки в реале.


Начал было писать о прочтении и о своих впечатлениях, по поводу книги Бертона Купера «Смертельные ловушки», да отложил это дело, по причине чтения другой книги почти о тех же событиях, но уже с другого ракурса. Книга называется «Битва в Арденнах: история боевой группы Иоахима Пайпера» автор Чарльз Уайтинг.
Сразу оговорюсь, я не знаток войск СС, равно как и не являюсь глубоким исследователем войны в Европе. Поэтому, по прочтении, стал искать критику книги. Нашел не так много, да и то, что нашел, не дает полной оценки. Отзывы от – «замечательно», до «унылого навоза». Так что достойной полемики нет. Если найдете, дайте ссылу.
Читал в условиях не ахти, попал во вторник в тупую командировку, работы на час, а сидеть в офисе целый день. Вот и взял с собой книгу, вот и почитал, сидя среди чужих людей и чужой суеты. Да ладно.
Прежде всего, о манере повествования.
Это исследование, не всегда детальное, с вкраплениями воспоминаний. Очень напоминает «Самый длинный день» Райена Корнелиуса (есть не плохая фильма), если не читали, прочитайте (посмотрите), или «22 июня. Черный день календаря» Исаева и Драбкина. Данная манера повествования тянется на протяжении почти всей книги, за исключением последних трех глав, которые повествуют о судебных процессах. Вот там, в этих главах, и самое интересное, что побудило меня по графоманить, да еще и так назвать пост, но об это позже.
Книга посвящена действиям боевой группы Иоахима Пайпера во время «Битвы в Арденнах» или «Битвы за выступ», которая сильно потрепала союзников, вызвала перестановки в командовании (назначение Монтгомери). Действия группы Пайпера, так же отозвались последствиями т.н. «бойни в Мальмеди». В частности одно из последствий заключалось в отказе американцев брать немцев в плен, они их просто стреляли. Не буду останавливаться на подробностях битвы и рейда, сами прочтете не в книге, так в сети, расскажу о том, что меня зацепило.
Когда начал читать последние главы о заключении Пайпера, Дитриха и других военнослужащих дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер», а так же о судебном процессе над ними, возникло стойкое чувство де-жавю. Но не в том, понятии, что что-то такое читал, видел или встречал, а в общих, с каким-то, произошедшем ранее событии, чувствах. И меня осенило – «Бесславные ублюдки» Тарантино! Именно на главах, посвященных следствию и судам, я стал проводить параллели между чувствами, посетившими меня при просмотре, и чувствами, нахлынувшими при прочтении.
Объясняю.
Два еврея из США, не военных, каким-то образом попавших в следственную группу, пытками и другими, достаточно изощренными способами (например, сообщением о лишении продуктовых карточек семей подследственных), добиваются от остатков группы Пайпера признаний о том, что приказы о расстреле пленных и мирных жителей, давал Пайпер. Потом самого Пайпера прижимают этими показаниями и очными ставками с боевыми, в прошлом, товарищами. Поняв, что его предали самые близкие люди – боевая семья, Пайпер ломается, и подписывает все, что дают на подпись.
Я так понял, что по результатам этих подписаний, на Пайпера можно было повесить все, и не затевать Нюрнбергский процесс. Дело пошло в суд.
Тут к этим «бесславным ублюдкам» присоединяется еще один, из Штатов. Военный юрист - Уиллис Мид Эверетт, которому предстояло защищать Пайпера и Ко. Новоявленный «бесславный ублюдок» яростно взялся за дело, обнаружил кучу не стыковок, наехал на суд, добился отказов от своих показаний подсудимых, НО… Приговор был таким – смертная казнь. Эверетт слегка обалдел, но не сдался, он даже назвал своих подзащитных «ребята из Мальмеди», так один «бесславный ублюдок» породнился с другими.
Не обошлось и без еще одного персонажа, ставшего «бесславным ублюдком» - полковника Маккауна, который попал в плен к Паперу и был с ним на протяжении трех дней, вроде как даже душещипательные беседы вели. Когда группа Пайпера пошла на прорыв с Маккауна было взято слово о не принятии попыток к побегу. Он-то его дал, но через некоторое время, при обстреле свалил. Но речь не об этом.
Эверетт активно использовал показания Маккауна, но судебную машину им сломать не удалось. Маккаун, чуть не загремел под монастырь, так как получил обвинение в пособничестве врагу.
Немного погодя Эверетт развернул бурную деятельность по отмене приговора "ребятам из Мальмеди" и преуспел. Не буду вдаваться в детали, сами прочтете, если захотите, но, в общем, приговор отменили, а «доблестных» ССовцев отпустили в в период с 1951-го по1957-й. Не малую роль играл в таком решении сенатор Маккарти, еще один "бесславный ублюдок" в этой истории. Именно он добился оправдательного приговора для ССовцев.
Итог таков: ССовцы на свободе.
Самое смешное, это чем закончили «бесславные ублюдки». Эверетт двинул кони в 1960-м от подорванного здоровья, а здоровье он подорвал на этих процессах. Маккарти получил в 1954-м нагоняй от сената за свои дела в области борьбы с коммунистами, нападок на армию и госдеп США, и в конце концов помер от гепатита на почве алкоголизма в 1957-м. А что Пайпер? Пайпер был убит франзускими коммунистами в 1976-м.
Вот такие впечатления от прочитанного. Если у вас другие, поделитесь.

P.S. Информация к размышлению.
В тексте книги интересен эпизод про гражданских немцев в Бельгии, при заходе в один из городков, из которого выбили американцев, немцы стали лютовать. Тут нарисовался местный учитель, который показал блокнотик, в котором была запись о том, что местные жители спасли немецкого летчика, сбитого неподалеку. На что Пайпер сказал своим, чтобы этих местных жителей не трогали.

P.P.S. Про Пайпера много
тут и тут. А мне придется браться за Эриха Керна с его "Пляской смерти", а то и навестить магазин, на предмет покупки всякого по теме.

Вот их мордашки.

1999-й

Стихи о войне.

Это не просто стихи, это пуля в башку пивоваровым, парфеновым, резунам, бешановым, радзинским, сванидзам, лурьям, солониным и другим мразям.




Гудзенко Семён Петрович


Перед атакой
 
Когда на смерть идут, — поют,
а перед этим можно плакать.
Ведь самый страшный час в бою —
час ожидания атаки.

Снег минами изрыт вокруг
и почернел от пыли минной.
Разрыв — и умирает друг.
И, значит, смерть проходит мимо.

Сейчас настанет мой черед,
За мной одним идет охота.
Ракеты просит небосвод
и вмерзшая в снега пехота.

Мне кажется, что я магнит,
что я притягиваю мины.
Разрыв — и лейтенант хрипит.
И смерть опять проходит мимо.

Но мы уже не в силах ждать.
И нас ведет через траншеи
окоченевшая вражда,
штыком дырявящая шеи.

Бой был коротким.А потом глушили водку ледяную,
и выковыривал ножом
из-под ногтей я кровь чужую.
1942
1999-й

Поднять перископ!

Так, только приехал. Много где был, много чего видел. Много купил, много чего прочитал. Обо всем по порядку, позже. А пока, списочек.
Москва - день Морской Пехоты.
Истра - Ленино-Снегиревский мемориал Московской обороны.
Подольск - ЦАМО.
Звенигород - Руза - Волоколамск - Дубосеково (со всеми достопримечательностями).
Москва - Библио-Глобус.

Закуплено:
1. Наши:
- Николай Скоморохов "Боем живет истребитель";
- Юрий Назаров "Рядовой Великой Войны";
- Игорь Петров "Пограничники в бою".
2. Немцы:
- Ги Сайер "Последний солдат";
- Армин Шейдербауер "Приключения моей юности"
- Гютер Бауэр "Смерть сквозь оптический прицел".

В кое-что уже вчитался на 100 страниц.
Пока перемещался, зачитал кое-что (не из списка), об этом потом.
1999-й

Бушин - Горбачеву, 1990-й. Красава!

Мега-дядка, фронтовик, писатель, критик В.С. Бушин

___________________________________________________

ВЫСТУПЛЕНИЕ НА VII СЪЕЗДЕ ПИСАТЕЛЕЙ
РОССИИ 14 декабря 1990 г.

— Поскольку мы с вами, уважаемые товарищи, все тут завзятые плюралисты, и не только в сфере содержания, но, надеюсь, и формы, то я счел возможным в своем выступлении обратиться непосредственно к нашему президенту.
Дорогой Михаил Сергеевич! Сегодня заканчивается седьмой съезд писателей России. В своих последних речах и выступлениях, в частности во время встречи с деятелями культуры 28 ноября, вы вдруг стали вспоминать, что вы русский. И один дед, которого раскулачили, был у вас русский, и дед другой, который сидел в тюрьме, — тоже русский. (Движение в зале.) Поэтому наш съезд вроде бы должен заинтересовать вас не только как руководителя страны. Все четыре дня мы работали в Центральном театре Советской Армии. Это невольно приводило на ум разного рода воспоминания и соображения военного характера. В частности, некоторые из нас вспоминали, что вы имеете звание полковника. (Оживление в зале.)
Это звание, как стало недавно известно из военной прессы, вы получили в 1978 году, когда Брежнев и Суслов взяли вас, молодого и энергичного строителя "казарменного социализма", как теперь вы сами выражаетесь, из Ставрополя в Москву и сделали секретарем ЦК партии по сельскому хозяйству. Зачем секретарю по сельскому хозяйству полковничье звание, это известно разве что только такому знатоку сельской жизни, как народный депутат Юрий Черниченко, и такому спецу по цековским нравам и обычаям, как народный депутат Федор Бурлацкий — известный хрущевско-брежневский спичрайтер.
Но как бы то ни было, а факт остается фактом. И надо думать, что тогда, двенадцать лет назад, вам выдали шинель и китель с погонами, папаху, сапоги со шпорами и бинокль. Последний предмет был для вас просто необходим: с его помощью вы могли лучше видеть, как зреют на полях страны урожаи и как выполняется Продовольственная программа, которой вы семь лет руководили. (Смех в зале.)
На протяжении всей работы съезда мы ждали от вас, высокого русского лидера, доброй весточки. И мы не удивились бы, а только обрадовались, если в один из этих четырех дней распахнулась бы входная дверь и вы, поскрипывая сапогами, позвякивая шпорами, поправляя рукой кобуру, прошли бы в президиум и сели рядом с полковником в отставке Михалковым. (Шум в зале, смех.)
Увы, мы не дождались ни вашего прихода, ни даже весточки. Но мы не в обиде, мы понимаем, как много у вас дел. Как раз в эти дни проходил съезд энергетиков — надо же было послать им правительственную телеграмму. Умер Арманд Хаммер, драгоценный печальник России, — надо было выразить соболезнование. Какой-то негодяй ранил в плечо известного журналиста ленинградского телевидения Александра Невзорова — нельзя было и это оставить без вашего высокого внимания, как в свое время вы не обошли, кажется, вниманием сотни безвестных жертв Сумгаита, Баку, Оша, Ферганы, Намангана, Дубоссар... А тут еще, видимо, вы не в силах были оторваться от замечательной книги газетных статей Евгения Евтушенко "Политика — привилегия всех", о которой так проникновенно сказали, еще не дочитав ее, на помянутой встрече с деятелями искусств. Судя по всему, книга кормчего нашей поэзии произвела на вас гораздо большее впечатление, чем письмо 74 писателей о бедах Родины (потом к нему присоединились сотни, тысячи авторов), на которое вы не ответили. (Оживление в зале.)
Словом, нет, мы не обиделись. Кое-кто в кулуарах съезда говорил, что надо было послать вам персональное приглашение. Но другие считают, что это бесполезно. Пригласили же вас недавно на свой съезд шахтеры, но вы все равно не смогли порадовать их своим присутствием: надо было принять премьер-министра Люксембурга, еще разочек проштудировать статью Солженицына "Как нам обустроить Россию", побеседовать с очаровательной Джейн Фонда... Короче говоря, дел было, как всегда, по завязку.
Да, повторяю, мы не в обиде. Больше того, пользуясь случаем, мы от души поздравляем вас с Нобелевской премией. А тот факт, что от вашего имени ее получил в Осло накануне нашего съезда член Союза писателей известный поэт-мидовец Анатолий Ковалев, особенно радует нас. Мы расцениваем это как выражение особого доверия к Союзу писателей России. (Смех в зале.)
Заодно мы поздравляем вас также с индийской премией Индиры Ганди, с ирландской премией "Конвент мира", с испанской премией принца Астурийского, с итальянской премией Фьюджи, с немецкой золотой медалью Отто Хана. (Оживление в зале.) Теперь, полковник, международных наград у вас больше, чем было Золотых Звезд у маршала Брежнева. (Смех в зале.) Поздравляем и с этим. Но должны отметить одну странную закономерность: чем хуже положение у нас в стране, тем более высокую и престижную премию вам дают. С чего бы это?*
_________________________________________________________________________________
* Через несколько дней после нашего съезда М. С. Горбачев получил еще одну премию — "Награду мира" Всемирного методического совета религиозных организаций. А потом — "Звезду Давида" и множество других регалий.
_________________________________________________________________________________
Здесь, в Театре Советской Армии, с благодарностью вспомнили мы и о том, Михаил Сергеевич, что из своих гонораров вы пожертвовали изрядную сумму на памятник Василию Теркину — литературному герою Великой Отечественной войны. Из статьи "Известий", бодро озаглавленной "Автор неустрашимого Чонкина вновь москвич", мы узнали, что вы приняли живое участие в житейских делах, в частности квартирных, создателя этого самого Чонкина — другого литературного героя войны.
Итак, одной рукой — за Теркина, другой — за Чонкина. Прекрасно! Кто же после этого может обвинить вас в односторонности! Хочется думать, видя такую вашу широту, что теперь вы поможете с квартирой и своему товарищу по Политбюро И. К. Полозкову, которому Попов и Станкевич не дают московской прописки. Чем черт не шутит, может, вступитесь и за Литфонд Союза писателей России, который как раз в те дни, когда автор Чонкина получал ордер на новую благоустроенную квартиру, был вышвырнут из помещения на Красноармейской улице. (Аплодисменты.)
Со своей стороны мы готовы делить с вами все заботы и тяготы нынешних дней. Это не слова. Вот конкретное доказательство. После того как от имени нашей страны ваш друг и единомышленник Шеварднадзе проголосовал за резолюцию Совета Безопасности № 678, вы, вероятно, озабочены тем, где найти воинские контингенты, чтобы после 15 января во исполнение этой резолюции бросить их, если потребуется, против Ирака, с которым у нас с 1972 года договор о дружбе, — бросить в войну, спланированную американцами.
Так вот, желая помочь вам, мы здесь на съезде уже изыскали один такой контингент. Это — около двухсот народных депутатов России, которые на своем съезде, как выявило поименное голосование, не нашли нужным возражать против нашего военного участия в кризисе на Ближнем Востоке. (Смех, аплодисменты.)
Но это не все. Вы знаете, что из 18 членов Президентского совета только двое служили в армии, а из 24 членов нового Политбюро только трое. Для более ясного осознания этих фактов примем в расчет, что, допустим, в Священном Синоде Русской православной церкви картина обратная той, что мы видим в Президентском совете: там лишь двое НЕ служили в армии, ибо в духовные семинарии и академии принимают только тех, кто уже отслужил действительную. (Смех, аплодисменты.)
Это с одной стороны. С другой — посмотрите на Америку. Сегодня нас то и дело призывают к этому. Там первым президентом после войны был Эйзенхауэр — главнокомандующий союзными войсками. Потом был Кеннеди, который тоже воевал, был ранен, чуть не утонул. Нынешний президент воевал летчиком, был сбит, едва остался жив. Словом, все это настоящие мужики, доказавшие свою верность родине так, как мужикам подобает. Руками, окрепшими на военной службе, они вели и ведут свой государственный корабль. (Аплодисменты.)
Разумеется, мы вовсе не хотим бросить тень на всех, кто не служил в армии. Причины могут тут быть разные, в том числе и такие уважительные, как белый билет. Но все-таки трудно надеяться, что команда, составленная почти целиком из белобилетников, во главе с полковником-белобилетником, главнокомандующим-белобилетником, может вывести народ из окружения бед, несчастий, катастроф. (Аплодисменты.)
Однако в конкретной ситуации, созданной голосованием Шеварднадзе в ООН, специфический состав Президентского совета и Политбюро представляется немалым преимуществом. Ведь из их членов, не изможденных солдатской службой, заряженных энергией нового мышления, можно составить еще один отряд и при нужде бросить в сыпучие пески Аравийской земли, где когда-то, как писал поручик Лермонтов (смех), "три гордые пальмы высоко росли". За это вам могут дать еще и Ленинскую премию мира. (Смех, аплодисменты.)
В сиянии наград, что сыплются на вас из-за "бугра", выглядят совершенно непонятно и крайне огорчают такие, например, ставшие известными на последнем Пленуме ЦК КПСС факты, как все более громкие и многочисленные голоса, выражающие вам недоверие и даже требующие вашей отставки. А на последнем съезде депутатов России известный всей стране писатель Василий Белов сказал: "В жесткой, изнуряющей политической борьбе наши лидеры мало думают о русском народе. И вы, депутаты, должны, обязаны выдвинуть из своей среды новых энергичных, умных и молодых лидеров". В сущности, это тоже требование дать отставку и вам, и Ельцину, и Яковлеву, и Хасбулатову со Старовойтовой.
Некоторые злопыхатели доходят до того, что перестройку, ваше любимое и непредсказуемое детище, называют катастройкой, контрперестройкой и даже контрреволюцией. Это что же у них получается? Выходит, что Яковлев, лучший идеолог всех времен и народов, это контрреволюционер № 1, вы контрреволюционер № 2, Шеварднадзе — № 3, Ненашев — № 4, Ельцин, который все время подчеркивает, что расходится с вами только тактически, № 5?.. Боже милостивый, и все это говорят люди, у которых нет даже медали "За спасение утопающих"! (Взрыв смеха.)
Надо заметить, что в этой ситуации очень странно выглядят люди, в том числе отдельные писатели, которые совсем недавно на страницах "Московских новостей" клялись вам в дружбе и верности, — Григорий Бакланов, Александр Гельман, Даниил Гранин, Элем Климов, академик Сагдеев, Михаил Ульянов. Помните их коллективное "Открытое письмо" накануне 1989 года? Они писали: "Через три месяца нам предстоит избрать тех, в чьи руки будет передана вся полнота государственной власти. Мы еще не знаем, какие имена будут внесены в избирательные бюллетени. Точно знаем только одно: каждый из нас весной 89-го года будет голосовать за вас..." "Даже если кандидатура М. С. Горбачева окажется не в тех бюллетенях, которые мы получим..." Подумать только, избирательная кампания еще не начиналась, кандидатуры не выдвинуты, а они уже спешили, уже заверяли на шести
языках мира в своей преданности, уже мчались за сковородкой, дабы угостить вас яичницей сразу, как только снесет яичко та курочка, которая пока еще в гнезде. (Взрыв смеха.)
Так вот, не странно ли, что теперь, когда вас так резко критикуют, когда требуют вашей отставки, эти суетливые курощупы глухо молчат?
Допустим, Роальд Сагдеев, наш академик в экспортном исполнении, сейчас за океаном, занят укреплением советско-американской дружбы посредством несколько поздноватого брачного союза с американской миллионершей. Но что молчат Бакланов и Гельман? Почему на Съезде народных депутатов не возвысят гневный голос в вашу защиту Гранин и Ульянов? Ну, уж Гранин-то ладно, его герой Тимофеев-Ресовский мог во время войны жить в Германии и работать на фашистов. Но Ульянов? Всю жизнь играл в кино роль маршала Жукова. Того самого, который в свое время защитил и спас Хрущева. Где же, спрашивается, у дважды народного Ульянова связь между искусством и жизнью? (Смех, аплодисменты.)
Молчат и обласканные вами академики: Арбатов, Аганбегян, Гольданский, Емельянов, Заславская... Вопреки вашим надеждам, какими же все они оказались неперспективными! (Смех в зале*.)
_________________________________________________________________________________
* Теперь мы знаем, что все они, эти ученые депутаты, трусливо молчали и 17 декабря, когда чеченка Сажи Умалатова, бригадир с машиностроительного завода, поднялась на трибуну Съезда и сказала: "Руководить дальше страной М. С. Горбачев не имеет морального права. Нельзя требовать с человека больше, чем он может. Все, что мог, Михаил Сергеевич сделал. Развалил страну, столкнув народы, великую державу пустил по миру с протянутой рукой... Уважаемый Михаил Сергеевич! Народ поверил вам и пошел за вами, но он оказался жестоко обманутым. Вы несете разруху, развал, голод, холод, кровь, слезы, гибель невинных людей... Вы должны уйти ради мира и покоя нашей многострадальной страны".
__________________________________________________________________________________
Впрочем, Михаил Сергеевич, обижаться на всех этих народных курощупов, не защищающих вас, вы едва ли вправе. Ведь за шесть лет своего лидерства вы и сами никого не защитили. Так, как это надлежит Генеральному секретарю, Президенту, Главнокомандующему, вы не защитили от клеветы и поношения ни партию, которая подняла вас на самую высокую вершину, ни армию, которая в 1943 году спасла вашу семью от оккупации и порабощения, ни сам русский народ, кровь которого течет в ваших жилах.
Вы не защитили даже своих ближайших товарищей по работе — ни Лигачева, ни Рыжкова, ни Афанасьева, ни хотя бы того же Яковлева, которого вы принародно на Ивановской площади Кремля называли Сашей. Конечно, каждый из них за что-то заслуживает критики, но ведь не зря Тарас Бульба (кстати, как и вы, полковник) говорил: "Нет уз святее товарищества!.. Бывали и в других землях товарищи, но таких, как в Русской земле, не было таких товарищей". Нет, не зря так говаривал беспартийный полковник Бульба. (Аплодисменты.)
Вы помните, как казнили попавшего в плен его сына Остапа? "Палач сдернул с него ветхие лохмотья: ему увязали руки и ноги в нарочно сделанные станки... Напрасно король и многие рыцари, просветленные умом и душой, представляли, что подобная жестокость наказаний может только разжечь мщение казацкой нации. Но власть короля и иных мнений была ничто перед беспорядком и дерзкой волею государственных магнатов, которые своей необдуманностью, непостижимым отсутствием всякой дальновидности, детским самолюбием и ничтожною гордостью превратили сейм в сатиру на правление..." Не знакомо ли вам, Михаил Сергеевич, все это по нынешней поре: и жестокость, и мщение, и необдуманность, недальновидность, ничтожная гордость и, наконец, сейм, превращенный в сатиру на правление?
"Остап выносил терзания и пытки как исполин. Ни крика, ни стона не было слышно даже тогда, когда стали перебивать ему руки и ноги, когда ужасный хряск их послышался среди мертвой толпы отдаленных зрителей... Тарас стоял в толпе, потупив голову и в то же время гордо приподняв очи, одобрительно говорил: "Добре, сынку, добре!"
Но когда подвели Остапа к последним смертным мукам — казалось, будто стала подаваться его сила... "О Боже! — повел он очами вокруг себя. — Все неведомые, все чужие лица!" Хоть бы кто-нибудь из близких присутствовал при его смерти! Он не хотел бы услышать рыданий и сокрушений слабой матери или безумных воплей супруги, хотел бы он теперь увидеть твердого мужа, который бы разумным словом освежил его и утешил при кончине. И упал он силою, и воскликнул в душевной немощи:
— Батько! Где ты? Слышишь ли ты?
— Слышу! — раздалось среди всеобщей тишины, и весь миллион народа в одно мгновение вздрогнул..." (Взрыв аплодисментов.)
Не так ли и нашу Родину возводят ныне на эшафот, не так ли и ей ломают руки да ноги, не так ли и к вам, президент, несутся, заглушая ужасный хряск, отчаянные клики со всех концов державы на всех языках, что ни есть в ней: "Батько! Где ты! Слышишь ли ты?" Если раздавалось бы в ответ громовое полковничье "Слышу!", то весь трехсотмиллионный народ вздрогнул бы в одно мгновение и воспрял духом. Но нет никакого ответа, и только летят над страной, словно из уст Андрия, мертвые слова: "консенсус"... "приватизация"... "чубайс"... "ваучер"... Вот что я, капитан запаса, хотел сказать с этой всероссийской трибуны вам, полковник. (Бурные аплодисменты.)

P. S. Выступивший с репликой народный депутат СССР, Герой Социалистического Труда, дважды лауреат Государственной премии Виктор Астафьев назвал мое выступление "диким вздором, недостойным этого собрания и всего человечества" (Известия. 1990. 16 декабря). Из стенографического отчета о съезде (Литературная Россия. 1990. № 50—52) выступление было изъято. Впервые опубликовано в журнале "Кубань", № 1, 1991 г.


____________________________________

Местами смеялся и выл.